Антивоенный протест профсоюзов

В феврале 2026 года порты Средиземноморья замерли. Не по воле шторма, а по решению людей, чьи руки ежедневно приводят в движение гигантские механизмы глобальной торговли. Под звучным и решительным лозунгом «Portuali non lavorano per la guerra!» (Портовики не работают на войну!) по инициативе итальянского профсоюза Unione Sindacale di Base (USB) развернулась беспрецедентная координированная забастовка, мгновенно перекинувшаяся из Генуи в греческий Пирей, турецкий Мерсин, испанский Бильбао и многие другие горячие точки морской карты Европы. Это был не просто трудовой спор о зарплатах и условиях, хотя такие требования тоже звучали. Это была сознательная, жесткая политическая акция, нацеленная в самое сердце логистики современной войны — в портовые терминалы, где грузятся и разгружаются контейнеры.

За этим стояла четкая и бескомпромиссная идеология. USB не любит тихие переговоры в кабинетах. Это организация, с гордостью называющая себя «конфликтным и независимым синдикализмом», наследник многолетних традиций социального антагонизма в Италии. Цель профосюза состоит в том, чтобы не договориться с системой, а противостоять ей, связывая борьбу на рабочем месте с борьбой за право на жилье, за окружающую среду, против расизма и милитаризма. Они открыто отвергают капиталистическую модель «развития», которая, по их твердому убеждению, ведет к разрушению территорий, обнищанию и, в конечном итоге, к войне. Поэтому, когда в очередной раз на горизонте показались корабли, перевозящие военные грузы, их ответ был закономерным и однозначным: тотальная остановка.

И это сработало с впечатляющей, почти хирургической точностью. Вода у причалов Ливорно, Генуи, Венеции и Равенны осталась не потревоженной корпусами конкретных судов. ZIM Virginia, ZIM New Zealand, ZIM Australia, MSC Eagle III — эти названия стали символами успеха акции. Суда, связанные, по данным профсоюза, с перевозкой вооружений и снабжением зон конфликтов, были вынуждены дрейфовать в нейтральных водах или менять маршруты. Железная логистическая цепь, отлаженная до автоматизма, дала сбой не из-за технической неисправности, а из-за человеческой воли. Это был наглядный урок силы организованного труда, когда опускаются руки, стивидоров, они способны остановить не только портовый кран, но и часть машины войны.

География протеста говорит сама за себя. Италия стала эпицентром, но отголоски ударили по всей Европе. Манифестации у ворот портов в Марселе и Бремене, Гамбурге и Барселоне, солидарные акции за океаном сложились в картину зарождающегося международного движения. Примечательно, что к забастовке официально присоединились профсоюзы Греции, Турции и Марокко (где акцию, впрочем, сорвали масштабные наводнения). На пикетах можно было увидеть знамена не только рабочих объединений, но и активистов движения BDS, палестинских сообществ, экологических и антивоенных групп. Так социальный протест переплелся с политическим, а локальная забастовка обрела черты широкой коалиции несогласных.

Каковы же были причины, помимо главного антивоенного пафоса? USB прямо заявил, что борьба против милитаризации портов — это также борьба за достойный труд. В их требованиях, выкрикиваемых на митингах рядом с лозунгами о мире, значились: отпор приватизации портовой инфраструктуры, повышение зарплат, улучшение пенсионного обеспечения и условий безопасности на опасных работах. Так, профсоюз увязывал в один узел глобальные проблемы и повседневные нужды работника. Мол, нельзя говорить о мире во всем мире, закрывая глаза на «микро-войну» за выживание в своем доке, и нельзя отстаивать свои экономические права, игнорируя, на чем зарабатывает твой порт. Это попытка вернуть профсоюзу роль не просто социального буфера, а субъекта большой политики.

Последствия этой одной дня уже очевидны. Помимо прямого экономического ущерба от простоя и срыва графиков, акция нанесла весомый репутационный и политический удар. Она вывела из тени вопрос, который многие предпочитают не замечать: через порты мирной Европы ежедневно проходят грузы, питающие войны в других уголках планеты. Она показала, что есть люди, готовые взять на себя моральную ответственность и сказать «нет». Сами организаторы назвали забастовку не завершением, а «точкой отсчета. Опыт координированных действий в разных странах, налаженные связи между активистами, отработанная тактика блокировки являют собой бесценный актив для будущего. USB прямо анонсировал новые, еще более массовые дни борьбы, обещая вовлечь в них не только портовиков, но и работников других отраслей.

Таким образом, забастовка стала катализатором глубоких процессов. Это возвращение, пусть и в новых условиях, старой идеи интернационализма трудящихся, когда солидарность не знает границ. Это вызов всей системе милитаризованной глобализации, устроенной так, что обычный человек чувствует себя бессильным винтиком. Итальянские докеры и их товарищи из других стран продемонстрировали, что винтик может заклинить и остановить механизм. Пусть на день, пусть на несколько судов. Но этот прецедент создает пространство для маневра, для нового вопроса к власть имущим: «А что, если таких дней станет больше»? Что, если следующий раз руки опустятся не только в портах, но и на заводах, на железных дорогах? Февральская забастовка бросила в воду европейского спокойствия камень, и круги от него расходятся все дальше, заставляя задуматься о том, на каких именно причалах в конечном итоге делается погода в нашем неспокойном мире.