Лотерея ценой в жизнь: как стрельба в Брауне поставила крест на «зелёной карте» для миллионов
Администрация президента Дональда Трампа на фоне шока от трагической стрельбы в Университете Брауна нанесла мощный удар по самой известной иммиграционной программе США лотерее Green Card. Решение о немедленной и бессрочной приостановке Diversity Immigrant Visa Program (DV1) стало прямым ответом на информацию о том, что подозреваемый в убийстве двух студентов и профессора MIT, Клаудио Мануэль Невес Валенте, въехал в страну именно по этой визе в 2017 году. Министр внутренней безопасности Кристи Ноем, не скрывая эмоций, заявила, что этот «ужасный индивид» никогда не должен был оказаться в Америке, и по указанию президента отдала приказ «приостановить катастрофическую программу». Государственный секретарь Марко Рубио поддержал этот шаг, пообещав не возобновлять выдачу диверсификационных виз, пока власти не будут точно знать, «кого именно они впускают в страну».
Эта программа, созданная Конгрессом в 1990-х годах с благородной целью дать шанс на иммиграцию жителям стран с низким уровнем эмиграции в США, ежегодно разыгрывает около 55 тысяч заветных виз среди десятков миллионов претендентов. Для участия требуется лишь среднее образование или два года профессионального опыта, а также прохождение стандартной проверки. Однако для администрации Трампа она давно является символом всего порочного в иммиграционной системе: непредсказуемой, не основанной на заслугах и, как теперь вновь утверждается, несущей в себе непозволительные риски для национальной безопасности.
Этот инцидент стал для Белого дома идеальным поводом, чтобы реанимировать свою давнюю борьбу с лотереей. Трамп атаковал её ещё в своей первой каденции после того, как в 2017 году получатель такой визы совершил теракт в Нью-Йорке, а в 2020-м программа была заморожена под предлогом пандемии. Нынешний шаг не просто реакция на трагедию, а звено в чёткой цепи последовательного ужесточения иммиграционного курса, где пересмотр выданных green card и остановка рассмотрения дел об убежище стали уже привычными инструментами.
Последствия этого резкого решения носят немедленный и разрушительный характер для десятков тысяч людей по всему миру. Тысячи тех, кто, полагаясь на правила, уже выиграл в лотерею на 2025-2026 гг. и начал дорогостоящий процесс оформления документов, теперь оказались в правовой пустоте с замороженными надеждами. Юридические основания для такой приостановки со стороны исполнительной власти уже сейчас вызывают серьёзные сомнения экспертов, ведь программа укоренена в законодательном акте Конгресса.
Фактически, администрация использует трагедию как рычаг для фундаментального пересмотра принципов того, кто достоин стать американцем. Сторонники жёсткой линии настаивают, что безопасность граждан не может быть предметом лотерейного везения, а иммиграционная система обязана отбирать самых квалифицированных, образованных и полезных для экономики претендентов, а не полагаться на слепой случай. Их оппоненты парируют, что программа всегда включала в себя всестороннюю проверку, а её истинная ценность заключается в поддержании уникального этнокультурного разнообразия Америки, дающего шанс тем, у кого нет других путей для легальной иммиграции, и тем самым укрепляющего мягкую силу США в мире.
Таким образом, приостановка лотереи Green Card предсттавляет собой политический выстрел в сердце одной из самых символичных иммиграционных программ, знаменующий решительный поворот от модели, сочетающей семейные, гуманитарные и диверсификационные принципы, к жёсткой утилитарной модели, где критерием являются только квалификация и безопасность. Будущее программы теперь висит на волоске: администрация, несомненно, будет использовать этот случай для нового натиска на Конгресс с требованием окончательной законодательной ликвидации DV1, в то время как суды, вероятно, станут ареной для битвы за её восстановление. Стрельба в Университете Брауна не просто унесла жизни, но и спровоцировала масштабный иммиграционный кризис, в очередной раз поставив перед Америкой болезненный и не имеющий простого ответа вопрос о том, какой она хочет видеть свою иммиграционную систему — открытой и основанной на случайности шанса или закрытой и основанной исключительно на расчёте.
